Характер отца

Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.

(тетрадный лист; справа — просвечивание соседней записи)

Встреча с кинорежиссёром Лудовкиным[?]. (начертание устойчиво читается «Лудовкин»; первая буква теоретически может быть «П» — не объединять с иными людьми без подтверждения)

«Остановлюсь на нём только потому,
что в его судьбе я принял са- мое[?] / более[?] участие. Речь идёт о гибели
режиссёра Зархи. В связи с юбилеем
советского кино Правительство на- градило Лудовкина[?] машиной.
Он научился водить машину, и
в один из воскресных дней вместе
с Зархи поехал по Ярославскому
шоссе в Пушкино. Не доезжая Об[ъ?]ян- кино[?], Лудовкин[?] стал обгонять гру- зовую машину. Обочина была
очень высокая. Лудовкин[?] съехал с
асфальта и обгонял грузовик по
обочине. Обогнав, Лудовкин[?] хотел
выехать на асфальт, но сделал
это так неумело, что его
машина перевернулась, Зархи по- пал под передние колёса, был
тяжело ранен и через 2 часа он
скончался. Катастрофа подкоси- ла[?] на него Лудовкина[?] так, что
он стал сильно заговариваться.
Было опасение, что он помешается.
Чтобы не потерять талантливого
режиссёра, я взял Лудовкина[?] к
себе на дачу, в Серебряный Бор
и продержал его там около 3-х
недель, пока он не стал прихо- дить в себя. О том, что он у
меня на даче знали только его
жена и следственные власти, с
которыми было условлено, что

[продолжение цитаты на следующей странице]

(далее на той же странице — отдельный сюжет о грибах с отцом; возможно, тот же лист / нижняя часть)

Папа учил меня ориентироваться
в лесу. Он говорил: «Следи за солнцем
Входишь в лес и смотришь, в какую из[?]
тебе светит солнце.» Так я немного
научилась ориентироваться в лесу.
Набрав грибов и вернувшись домой
папа сказал: «Сортируем грибы:
какие засушить, какие поджарить.»
И все садились вокруг стола и
чистили грибы. А папе первым мама
[подавала/? / чистила/?] грибы. Даже в последний
год перед болезнью отец часто ездил
за грибами. А потом мы все
продолжили эту традицию.

(справа на листе — фрагменты/просвечивание, читается частично: упоминания режиссёра, писателя, сценария, грибов; цельный связный текст не восстанавливается без изобретения)

(почти пустой лист; окончание предыдущей цитаты)

…никакому допросу Лудовкин[?] под- вергаться не будет. Следствием
было установлено, что авария
произошла исключительно по вине
Лудовкина[?].»

(Из воспоминаний отца.
См. его тетрадь).

Встреча с кинорежиссёром
Лудовкиным[?].

[…] только потому,
[…] принял […]
[…] о гибели
[…] Зархи. В связи с юбилеем
[…] Правительство на-
[…] машиной.
[…] машину, и
[…] воскресных дней вместе
[…] по Ярославскому
[…] Пушкино. Не доезжая Об[ъ?]ян-
[…] Лудовкин[?] стал обгонять гру-
[…] Обочина была
[…] Лудовкин[?] съехал с
[…] грузовик по
[…] Лудовкин[?] хотел
[…] неумело, что его
[…] перевернулась. Зархи по-
[…] колёса, был
[…] через 2 часа
[…] Катастрофа подкоси-
[…] Лудовкина[?] так, что
[…] заговариваться,
[…] что он помешается.
[…] талантливого
[…] Лудовкина[?] к
[…] в Серебряный Бор
[…] около 3-х
[…] пока он не стал прихо-
[…] О том, что он у
[…] знали только его
[…] следственные власти, с
[…] было условлено, что

(повтор той же записи; новых подробностей нет)

к делу съёмок он относился очень серь- езно. Он всегда выглядел серьёзным и отец ни разу не видел его смеющимся. Беседы с ним были содержательны и, [потакай? / пожалуй?], нравоучительны.

Ромен Ролан — французский писатель.

Встречи эти также были связаны с написанием сценариев. Отец встречался с ним несколько раз. В кино-фильме «О Ленинском процессе» снимался Ромен Ролан в нескольких эпизодах. Также как и Анри Барбюс Ролан держал себя очень серьёзно. Жена его была русская и беседовали они через неё.

Илья Эренбург

Он приезжал ко отцу в «Межрабпомфильм» (Лихов пер. д. 6.) в дирекцию по вопросу экранизации одного из его произведений. Беседовали, но картины по его сценарию не получилось.

Встречу с М. Горьким папа подробно опи- сал в своих воспоминаниях.

Грибы.

Папа очень любил собирать грибы, умел собирать и знал грибные места в Подмосковье. И всех нас он заразил этой любовью к грибам. Очень часто мы ездили за грибами в «Нагорное». Это был дом отдыха [одноэтажный?]. Там на опушке нашли 2 больших белых гриба и никак не мог их вытянуть. Пришлось сорвать гриб, да сам [с?] кулакулем. Папа учил меня ориентироваться в лесу. Он говорил: «Следи за солнцем. Входишь в лес и смотри, в какую из[?] тебе светит солнце». Так я немного научилась ориентироваться в лесу. Набрав грибов и вернувшись домой папа сначала сортировал грибы: какие засолить, какие поджарить. И все садились вокруг стола и чистили грибы. Я уже потом мало [мараковала? / разбиралась в?] грибах. Даже в последний год перед болезнью отец часто ездил за грибами. А потом мы все сами продолжили эту традицию.

Отец очень хорошо умел ориентироваться в лесу. С ним никогда не было я всегда бегала за ним как собака[?] он говорил мне: «Иди шире, иди за те кустики, а я как тень за ними. Да и взрослой я не [могла?] оставаться одна в лесу. Когда наш знакомый лесничий сказал: « не лезь дальше, там лес люд[ей?]».

Один раз папа поехал в командиров- ку в Ленинград и взял Тему. Они остановились в какой-то гости- [нице?]. Тема уже был подростком и [?] [?] с [моряками?]. Взял он [?] по городу, где-то гулял. Потом приходит к себе в номер. Папа сказал ему, если он дальше [?] и ещё что-нибудь, то [?] и тебе принесут в номер. [?] Только [?] очень [звонко?] и [?] [?] пил горячую воду из-под [крана?].

Два раза нас родители (мама [с нами?]) [возили?] в Крым, в Форос. Один год мы поехали с Темой и [Женей?]. [Ездили?] к Форосу, проезжали Байдарские ворота и прямо [въехали?] в [Форосский?] монастырь. Мама рассказывала: монастырь стоял на крутой скале. Тема подошёл к самому краю обрыва [бросив?] вниз [?] [?] и крикнул: «Монашки прыгают!» У мамы [оборвалось] сердце. В следующий год мама [взяла?] меня в Форос. Парк вокруг [?] дома [был?], [фонтаны?], бассейны. Только мы приехали, я бросилась в парк и со всех [ног?] разбежа- [лась?] [чуть?] не упала в бассейн. Ловили крабов. Крабы [жили?] [?] [в?] [?] , а мы [сажали?] их в [аквариум?], где [муравей?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Нам оставили [сад?], который привезли в Москву. [Рядом?] с Форосом была [?] [?] [?] [дача?] Горелых. Мы [?] ездили [?] [уголок?]. Ездили в Севастополь, где нам показали Панораму обороны Севастополя (это ещё было до войны).

Однажды Тему отправили в

[вкладка / маргиналия на полях (карандаш/бумага):]
Самсонов Т. П. Заб. «Чудеса» Ук., 1919 — [акценты?]
[сверг? / св-к?] ВКП(б) 10.XI.1930. [?]

Хорошо экипировали его, сшили новое [костюм?]. Поехал, писал письма, был доволен. Но вот пришёл срок возвращаться и мы отправились на Курский вокзал встречать его. Было раннее утро и дождливо прохладно. Подошёл поезд и выходит наш Тема с чемоданом а в нарукавных брюках. Оказывается, часть почти его вещей было украдено, а ему выдали брюки («юбилейные» т. к. в тот год отмечался юбилей [стройки?]). И на перроне мы увидели мальчи- ка: он был в трусиках, а в руках у него был [чемоданчик?]. В этом [немногое?] у него был лавровый лист[?]. Его кто-то встречал.

Помню как-то в детстве я упала на лестнице в подъезде и ударилась нос лицом о ступеньку и сломала нос. Маме было дома когда она открыла дверь, ей стало плохо: у меня из носа фонтаном лилась кровь. Хорошо, что кто-то был у мамы в гостях. Маме помогли. Меня положили на кушетку, голову вниз и положили холод. Вызвали врача. Врач посмотрел, но сказать ничего не мог т. к. мой нос был как картошка. На следующий день папа повёз меня в Кремлёвку, что на ул. Грановского и Воздвиженки. Видимо, мне сделали рент- ген и решили делать операцию. Операцию делал знаменитый в то время профессор Рауэр. Меня про- вели в операционную, дали наркоз и я ничего не помнила. Только проснулась в палате, да ещё [описала?] (мне было лет шесть). И я всё время звала папу. Мед. сёстры думали, что у меня [?] [малое?] и [жалели?] меня. Но к вечеру приехала мама [?] поставили кровать рядом с моей и так мама была всё время со мной. Когда меня возили на перевязку, я очень боялась анестезиологов и просила профессора делать перевязку без анесте- зиологов. [Однажды?] они [?] [?] В больнице мне часто давали моро- женое. Тема приходил мне [?] [?] и, конечно, [?] [?] А потом оказалось, что заболел ангиной. Нос получился у меня нормальный даже красивый. Когда брат в детстве дразнил меня, что у меня резиновый нос.

Мы часто ездили в д/о «Нагорное». Там было очень уютно, дом был небольшой одноэтажный. Там мы встречали много интересных людей: Ем. Ярославского [Богреевского?] и др. Я не запомнила их.

Однажды мы с мамой были в д/о «Валуево» там мы познакомились с семьёй [Кортищевых?]. С Наташей мы до сих пор поддерживаем приятельские отношения хотя живём в одном доме.

Был там каток и мне очень хоте- лось научиться кататься на коньках. Я отаптала каток. Сделав 2–3 [шага?] я падала. Но здесь появился какой-то человек, взял меня за руку и начал учить кататься. Как потом я узнала это был Розенталь (жил в 1937 г. он был народным внешним торговцем) Немного о папином характере это был целеустремлённый человек, кото- рый верил в своё дело. Недаром он отдал много сил становлению Советской власти. Был очень принципи- альным, честным, порядочным, скромным, строгим человеком, добрым, обладая чувством юмора. Он любил семью, детей, жену. Но один раз сказал: «нет», он не изменял своего решения. Будучи уже школьницей, я что-то просила его, он сказал мне: «нет. Не будь цыганкой!»

Когда папа был Управляющим делами ЦК — за ним были закреплены 2 машины. Шофёр одной был скромный человек, его фамилия была Новиков. (Как я уже упоминала одним летом его семья жила у нас на даче.) У нас всегда кто-то жил на 2 этаже: Павлиновские, Пастухов, Метелин, Верич[?]. Папа всегда следил, что не надо огоражи- ваться, он был за общественные дачи, огород и т. д.

Но пользоваться машинами мог только он. Мама не могла позволить себе взять машину и ехать на дачу. Шофёр Новиков говорил: «Ева Константиновна, давайте я вас довезу до дачи, у вас малые руки, тяжело.» Иногда мама соглашалась, но просила оставлять её не на автобусной остановки, а до дачи она шла пешком, т. к. боялась, что дети увидят машину и скажут отцу.

Мама рассказывала, что [какой-то?] [?] с Севера прислал отцу в подарок икру и красную рыбу. Папа сказал нарочному, что он ничего не [просил?] не просит и посылку он принять не может. Нарочный говорит: «И что мне делать с этой посылкой?» Отец отвечал: «Отвезите тому, кто вас послал.»

В то время было [нехватка? / неходоро?] с продук- тами, и отцу давали заказы. Однажды он приносит домой 2 [купона?] из заказа и говорит маме: «Вот 2 [купона?]: одну из ОГПУ, а другую из ЦК. Выбирай. Можно только одну.» Как не хотелось маме 2, она не могла себе этого сделать. Она знала, что отец не разрешит.

Нас не баловали ни едой, ни одеждой. Сыр и колбаса — к празднику. Кон- феты тоже. Бабушка варила много варенья вот это мы ели. Фрукты нам давали, давала бабушка (она вела хозяйство). Вечером, когда мы ложились спать и попросим [ещё?], она [?] к нам и каждому давала то мандарин, то яблоко. А так обед был: суп, второе и что-нибудь на 3-е. Каждое воскресенье бабушка пекла пироги (а [особенно?] она великолепно). Особенно мы полюбили пироги с картошкой, потому что это были любимые пироги папы.

Помню как-то в классе 5-ом мне за поведение за неделю поставили «посредственно», это было ужасно, т. к. я училась хорошо, и никогда не полу- чала за поведение плохие оценки. Я тут всячески [?] [выпросила?] из школы без [пакета?] не наберёжную[?] во время перемены, как [?] и [опишите?] оценку за поведение. Я не знала, как сказать родителям об этом. Я под- [писала?] [?] в дневнике [?] мне родителей в дневнике [?] [?] Я [?] и сама расписалась. Через неделю папа, просматривая мой дневник, увидел что-то [подписанное?]. Он спрашивает маму: «Кто это подписала?» Я быстро в ответ: «Мама.» Он [увидел?] что это не подпись мамы. Мне пришлось выносить всё как было. Отец не ругал меня, а только сказал:

«Больше никогда так[ого?] не делай. Это твоя подделка подпись.» На этом закончилось… без крика, без нравоуч[ений]. Я поняла.

Часто папа подходил ко мне и говорил: «Хорошая девочка. Самсонов- [ский?] характер» и целовал меня в нос но, к сожалению, у меня не совсем Самсоновский характер, у меня не [хва- тает?] его твёрдости, Внешне я похожа на него.

В детстве папа нам часто расска- зал о своей родине, о своём детст- ве. Бывало вечером в саду мы садились скамейку, и папа начинал свой рас- [сказ?]. Известно, что отец выходец из Бесса- [ра]бии (ныне Молдавия), с. Михайлёны, было украинское село. Мы так и не знали ни его отца, ни мать, ни его братьев, ни сестёр. Так он покинул свои родные края (но не по своей воле) где-то в 1908–10 годах. После революции Бессарабия отошла Румынии, и он больше не был на родине. «После [Отечеств.?] войны мы как думали туда, но временно там [были?] [другие?] [?] Отцу [было?] как бы не поменять родных, принимая во внимание его [?] (ВЧК, ЦК, Коминтерн[?].) Только он нам сказал, что [маму?] [его?] звали Елизавета. Он много рассказывал о своём [детстве?]. Семья была бедная, отец его [?] У них был небольшой дом у реки и был у них большой пёс «Ков- [?]». Так мы его и запомнили. Лес [?] [?] , Папа говорил, как вечером усталый крестьянин на коне, а [?] за ними. Дорога в село [?] много их домов. Только крестьянин [устал?], пёс хватал лошадь за хвост передними лапами упирался [когтями?] в задние ноги и останавливал [?] [?] [кричит?] на лошадь, бьёт [?] , а лошадь стоит. [?] он видит, что в этом [виноват?] [?] Он слезает с коня, отгоняет [пса?] [?] на лошадь. А пёс опять не пускает коня. Так несколько раз. Потом он пел нам украинские и другие песни. «Реве та стогне, [Дніпр?] [?]» А потом пел песни, которые [он знал?], [из?] события того времени: напевы Порт-Артура, Царский манифест, [песни?]

[вкладка на полях:]
[?] 10.XI.1930 [ВКП(б)?]
Самсонов [Т. П.?] [Заб.?] «Чудеса» [Ук.?], 1919 — [акценты?]

студентов. Я запомнила некоторое из них: «Гей, матросы, на!..» Или [пели?]: «Гей, Отчизна наша, гей, Порт-Артур уже не твой…»

Царский манифест: «Отпустили крестьян на свободу 19 февраля, Только не дали воли народу Вот вам милость дворян и царя.»

Студенческие волнения;
(Студенческие демонстра-
ции тогда разгоняли
казаки)
«А казаки пусть ликуют,
Пусть нагайками их дуют
Бей сильнее, бей сильнее
И в тюрьму сажай!»

О правлении Николая II: «Правит Витте, правит
И направо, и налево, Тяже[?]
Мне подписываю сам,
Я, кровавый Николай.»

Мы с интересом слушали его рассказы, ведь это были рассказы очевидца. Мы долго сидели рядом, потом разглядывали звёздное небо, и папа показывал нам звёзды. У папы был хороший голос и слух. Он прекрасно пел. Как я уже писала, мама очень сильно заболела: она часто лежала в больнице, потом её отправили в санаторий, долго она была [в?] [?] . Мама и отец делали всё возможное, чтобы вылечить её. Особенно мама. Мама всегда делала всё возможное, чтобы помочь. Она тоже любила петь, у неё был хоро- ший голос и хороший слух.

Мама рассказывала, (отец ещё был Управляющим делами ЦК) что как-то ночью раздался телефонный звонок из «Кремлёвки» (телеф[он?]). Папа спросил, ничего не поняв сначала, [взял?] [?] бумаги и карандаш и начал за- писывать: «Диктуйте, Аллилуева…» Мама говорит ему, что это жена Сталина. Это было поздно ночью, когда забеременела Аллилуева. Отцу позвонили для того, чтобы он всё организовал как полагается.

События на озере Хасан. Прочитав сообщение о нападении японцев на нашу территорию отец воспринял очень взволнованно. Он приказал следить за событиями, делал вырезки из газет на эту тему, (По-моему, они некоторые из них сохранил

У нас в саду были качели, [на железном?] стержне и на [двух?] досках. Там [?] завязал[и?] [верёвки?], но Темка всё-таки [сел?] [?] качели были не крепкие, [и они?] сва- [лились?]. [?] и с этим [?] сва- [лился?] на землю, [?] [бежал?], не [?] рукой, разбил [палец? / руку?]. Быстро сообщили родителям, [они?] приехали, забрали его, отвезли в [больницу?], где нало- жили гипс.

1937–1938 г.г.

Прочитав в газете [сообщение?] о «преда- тельстве» Тухачевского, [Якира?] и др., отец очень был [возмущён / взволнован?]. Он [совсем?] не мог понять этого. [Потом?] [начались?] аресты многих его [товарищей?] с которыми он [работал? / дружил?], работая в ВЧК, их [?] [?] и др. Были арестованы [сотрудники?] ВЧК–ОГПУ, отцу [подсунули? / подали?], но его не [тронули?] одного.

Мама рассказывала, [что когда она была?] в Сереб- ряном [бору?] она ночью [?] [?] едет [?] машина. Она [думала?], что к нам. Только тогда, когда [машина?] [?] проезжала, она на какое-то [время?] останавливалась. В 1938 г. отца отстранили от работы, и он был [без работы?] [несколько?] месяцев [?]. Потом Щербаков [тогда секретарь?] МК сделал отца директором [?]обрабатывающей пром[ышленности?].

А мы с братом, приехав в Москву, объезжали все наши [знакомые?] и посещали сколько квартир [?] [?] дальше, мы сообщали эти [адреса?] маме. Был [?] опечатано [?] [?] квартир в нашем подъезде.

Отец и мама всё это время [жили?] как под дамокловым мечом. Когда он уходит, [?] [?] были арестованы хорошие товарищи, ещё со времён ссылки: Борис [Санилов? / Санилин?], Метелин и др. А также его товарищи по фронту, по работе в ВЧК: Павлиновский, Иван [Берёзин? / Берёзов?], Миров, Белинский и др. Отец, видимо, не мог воспринять это. Он очень изменился, стал молчалив. Потом его [?] лишили некоторых привилегий: столовой, поликлиники, и др. Мама говорила ему позвонить и узнать в чём дело. Позвонил такому-то и т. д. отцу этого не сделали. Позже, спустя

много лет он признался маме, что он делал это для того, чтобы его фамилию перестали упоминать в этих списках. Да, отцу в этом [?] повезло: он один из близких соратников Ф. Э. Дзержинского кого не поглотила эта страшная ма- шина.

Помню это: было в дни памяти Ленина и наш [?] руководитель спросил, кто из наших родителей встречался с Лениным и не может ли он рассказать ученикам об этих встречах. Я спросила папу и он пообещал прийти к нам на сбор. Я очень волновалась. Папа пришёл, он был одет в полувоенный костюм, со орденами. Он [?] [?] [?] и очень интересно рассказывал нам о своих встречах с В. И. Лениным. [Мне?] [нравилась?] и я была очень горда за своего отца.

У папы всегда была склонность к истории, литературе. Он сам писал стихи (они сохранились до сих пор), [?] написал роман «Разм[?]ство», но он не был опубликован, он всегда был занят (свои дела); он много писал, читал и вообще питал огромную любовь к книге.

Он много лет отдал книжному делу. Он был директором издательства Академии наук, был директором киностудии «Межрабпомфильм» (это свя- зано с Коминтерном) работал в ин-те марксизма-ленинизма Маркса и Энгельса, [работал?] в [?] последнее место работы — Исполком[?]издат.

Папа очень любил цветы. У нас в квартире все окна были заставлены цветами, он сам за ними ухаживал, поливал, пере- саживал, а вот весной, и летом на наших балконах были цветы и даже помидоры.

Папа очень любил детей и умел с ними обращаться. Всегда ровный, спокойный но твёрдый, а иногда и строгий. Он очень много занимался моим старшим сыном. Они много играли, путешествовали по Москве. Папа очень много рассказывал ему. Мне было интересно с ним.

Тип: рукопись на клетчатой бумаге (тетрадь).

В 1951 г. он показал мне тетрадь, где он стал записывать свои воспоминания о своих встречах с выдающимися людьми той эпохи.

Я папе сказала: «Почему бы тебе не написать об этом книгу?» Он ответил: «Сейчас не время. Сейчас не время». Так он и не успел многого рассказать, что знал и видел, а видел он много, т.к. он очутился в центре величайших событий.

Тетрадь, которую он показал мне в 1951, вот сейчас лежит передо мной, и я будто слышу его голос, повествующий мне о тех событиях.

Он встречался с В.И. Лениным. Несколько раз папа слушал выступления Ленина на разных заседаниях. Встретился же он в первый раз с Лениным зимою 1920–21 г. (об этой памятной встрече опубликовано в сборнике «Они охраняли В.И. Ленина». Вторая встреча с В.И. произошла в марте 1921 г. во время Конгресса Коминтерна в служебной обстановке в Кремле» (см. папины записи в заповедной тетради.)

Встречи со Сталиным И.В.

Дело было в конце 1918 и в начале 1919 г. 3-я Армия, где отец был начальником Особого отдела, катастрофически отступала. И тогда в г. Глазов, где был штаб армии, прибыл Сталин И.В., Дзержинский Ф.Э. Отца вызвали в штаб, где он познакомился с Ф.Э., который по- требовал предоставить ему ряд нужных све- дений. Тут он и увидел в 1-ый раз Сталина. (см. папину тетрадь)

Встречи с Ф.Э. Дзержинским

Первая встреча состоялась в Глазове. С первой же встречи, как писал отец, у него с Ф.Э. установилось полное взаимопонимание. С Ф.Э. отец проработал с 1919 года до самой смерти Ф.Э. в 1926 году. Отцу приходилось работать с Ф.Э. не только по линии ЧК, но в Наркомпути, в ВСНХ СССР. Метод его работы — горение! Помимо того Ф.Э. был поразительно честен, никогда не кривил душой, он был по-рыцарски объективен. «Я никогда не плакал и не плачу, но когда пришлось бросить лопату земли на гроб Ф.Э. я заплакал». Папа искренне любил этого человека. (см. интересные воспоминания в тетради отца

Фраза обрывается у нижнего края страницы. Продолжение в доступных листах не найдено.

← Дача, отдых, юбилеи · Оглавление тетради · Документы в тетради →